Чтобы не быть поднятым на вилы, николаевский «мясник» попытался гениально эмигрировать

Правоохранители только улыбаются и разводят руками, мол, за таких идиотов их может держать только идиот натуральный. Паспорт молодого мужчины, пытавшегося пересечь украинско-российскую границу  со своей половиной,  представлял шедевр примитивизма. В документе некоторые записи были неаккуратно перечеркнуты шариковой ручкой и корявым почерком внесены новые данные, а на первой странице, кроме криво наклеенной чужой фотографии, в качестве печати фигурировал - чернильный оттиск монеты. Правоохранители только улыбаются и разводят руками, мол, за таких идиотов их может держать только идиот натуральный. Паспорт молодого мужчины, пытавшегося пересечь украинско-российскую границу  со своей половиной,  представлял шедевр примитивизма. В документе некоторые записи были неаккуратно перечеркнуты шариковой ручкой и корявым почерком внесены новые данные, а на первой странице, кроме криво наклеенной чужой фотографии, в качестве печати фигурировал - чернильный оттиск монеты.
После того, как «эмигранта» задержали, выяснилось, что житель Николаевской области таким образом пытался избежать жестокой физической расправы со стороны селян, которых он терроризировал в течение двух лет. За это время он, занимаясь тихой охотой, увел у хозяев около двадцати коров. Буренки, увы, были зарезаны, а мясо сдано заготовителям. Когда волна народного гнева оформилась совершенно целенаправленно, и в адрес подозреваемого в воровстве посыпались обещания поднять на вилы и «порубати до біса» сокирою, тот решил  по-тихому слинять от расправы. Украл паспорт, прихватил сожительницу и ломонулся к родственникам в Россию.
Деятеля задержали, но осталось, как минимум, два вопроса. Что делала милиция, когда на протяжении, напомним, двух лет получала заявления о кражах коров? И второй, менее риторический: кто спасет от расправы (ее уже пообещали потерпевшие) вора, когда он, после примерно пятилетней отсидки,  вдруг вернется на малую родину?