Мягкой посадки. Как сидят в СИЗО политики и чиновники

Украинские СИЗО – это переполненные камеры и сон в три смены, отвратительное питание и опасность заразиться туберкулёзом. Но всё это не грозит подследственным из высшей касты – бывшим министрам, судьям и другим высокопоставленным чиновникам.

 

 Три в одном. Из-за перенаселённости обычные заключённые следственных изоляторов вынуждены спать по очереди

 

По состоянию на 1 декабря 2010 года в 32 украинских следственных изоляторах насчитывалось около 40 тысяч подследственных. Это почти четверть от 154 тысяч человек, заключённых в 184 учреждениях государственной уголовно-исполнительной службы Украины.

Отбывать наказание – тоже не сахар, но, по мнению адвокатов, арест для неподготовленного человека может стать шоком. «Худшего места, чем СИЗО и изолятор временного содержания, для человека, взятого под стражу, не существует», – со знанием дела говорит один из самых высокооплачиваемых адвокатов Украины Андрей Федур, защищавший в 2001 году интересы банкира Бориса Фельдмана, а в 2005-м – Бориса Колесникова, обитавших до решения суда в Лукьяновском изоляторе. И тут же добавляет, что эта фраза в основном относится к рядовым подследственным, чем к его именитым клиентам.

Особенные люди

Премьер-Палас. В этой камере Лукьяновского СИЗО в 2001-м Юлия Тимошенко пробыла 42 дня. Бывшим высокопоставленным чиновникам, находящимся под следствием, не приходится хлебать тюремную баланду, им не нужно ждать определённую правилами неделю, чтобы принять душ . Даже в стенах СИЗО они чувствуют себя привилегированными персонами – занимают улучшенные камеры с косметическим ремонтом, чистым постельным бельём, телевизором, холодильником и нормальным туалетом.

Например, источник Фокуса во Львовской прокуратуре рассказал, что бывший глава Апелляционного административного суда Львова Игорь Зварыч, который прославился на всю Украину мешком денег, хранившимся в его в служебном кабинете, до перевода в Киев находился под стражей в местном следственном изоляторе. Обвиняемый был помещён в шестиместную камеру, в которой сначала жил один, а затем делил жилплощадь с одним сокамерником. После перевода в столицу бытовые условия экс-судьи, обвиняемого во взяточничестве в особо крупных размерах, стали значительно скромнее.

В самом известном следственном изоляторе Украины №13 (в народе – Лукьяновское СИЗО) сохранились камера №242, в которой содержалась Юлия Тимошенко, и палата №259 в медицинском корпусе, где отлёживался занемогший в заключении Николай Рудьковский. Даже сейчас эти камеры выглядят опрятно, хотя давно уже сменили постояльцев.


Без удобств. В родном Львове у Игоря Зварыча условия содержания были лучше, чем в столице. Кстати, «апартаментов» люкс даже на Лукьяновке мало, поэтому именитые подследственные часто оказываются в одной камере в самых комичных сочетаниях. Например, Юрий Луценко сидит с экс-прокурором из Макеевки Лаврищевым и бывшим майором милиции Бурмакой, а бывший глава Таможенной службы Макаренко оказался под одной крышей с судьёй Зварычем.

«Поскольку человек до вступления приговора в силу считается невиновным, он имеет законное право улучшать в своей камере бытовые условия», – говорит Фокусу сопредседатель Харьковской правозащитной группы Евгений Захаров. Согласно закону о предварительном задержании, заключённый под стражу имеет право на пользование телевизором, переданным родственниками, настольными играми, газетами и книгами из библиотеки следственного изолятора. О других благах (ремонте в камере, холодильнике) родные или адвокат могут похлопотать, придя на приём к начальнику СИЗО, или же сам заключённый может написать соответствующее заявление на его имя.

Неудивительно, что обеспеченные подследственные нанимают адвокатов, хорошо ориентирующихся в специфике содержания в СИЗО и имеющих давние рабочие отношения с их начальством.

Правозащитник Дмитрий Гройсман считает, что главное преимущество VIP-заключённых в том, что их не бьют. Но это лишь то, что лежит на поверхности тюремного быта. «Випы, к большому их позору, попадая за решётку, показывают свою неготовность жить по здравым принципам и правилам тюремного быта, – констатирует координатор Винницкой правозащитной группы Дмитрий Гройсман. – Я читал интервью Юрия Луценко. Как человек, который много работает с заключёнными, могу сказать только одно: большей гнусности со стороны заключённого, чем публично огласить имя человека, нарушающего тюремный режим, представить невозможно. (Луценко заявил дословно следующее: «Слышал, что в камере у Анатолия Макаренко есть печь, на которой он с сокамерниками готовит голубцы». – Фокус). После этого в нормальной тюрьме ему необходимо обеспечить максимальный уровень безопасности на многие годы».

Винницкий правозащитник сейчас сам под угрозой оказаться по ту сторону баррикад. За размещение в личном блоге изображения статуэтки мужчины с фаллосом, лежащим на Конституции, и скандального видеоролика с сексуальными похождениями российских оппозиционеров против него выдвинуто сразу два обвинения – за надругательство над государственными символами Украины и за распространение порнографии.

Зэки-меценаты

Юрист Эдуард Багиров не скрывает, что задержание чиновников помогает обратить внимание на состояние изоляторов и тюрем. «Хоть это и будет странно звучать, но как человек, курирующий права человека почти 17 лет, я очень доволен, что время от времени народная пословица «От сумы и тюрьмы не зарекайся» срабатывает в отношении высокопоставленных лиц», – говорит Эдуард Багиров. По его мнению, после того как в СИЗО попадают бывшие чиновники, внимание общественности, СМИ и власти некоторое время приковано к проблемам пенитенциарной системы в целом. Благодаря этому решаются вопросы улучшения бытовых условий в изоляторах.

Но если сдвиги в общественном сознании происходят медленно, то улучшение жизни конкретной зоны или изолятора происходит сразу после того, как туда попадает важная персона. И дело не только в том, что у состоятельного зэка вымогают помощь – некоторые после отсидки помогали следственным изоляторам лично. Например, один известный предприниматель, посидев в СИЗО, обеспечил его ортопедическими матрацами, которые выпускает его предприятие. Другой госслужащий после освобождения пожертвовал изолятору холодильники.

Проблему мест предварительного заключения власть решает косметически, открывая раз в год маломестные изоляторы временного содержания с улучшенными условиями. Например, полтора года назад Шевченковское РУВД Киева презентовало VIP-тюрьму с комфортабельными камерами временного заключения, где планируют размещать нарушителей порядка во время Евро-2012. В конце прошлого года в Бериславе открыли изолятор, рассчитанный на 33 места. Начальник УВД Херсонской области Валентин Литвин при этом заявил, что еду для задержанных будут готовить в лучшем кафе города из расчёта 40 гривен в день на человека. А глава Крымского парламента Владимир Константинов выступил с предложением построить на полуострове подобную тюрьму, в которую даже будут водить экскурсии – на высокопоставленных зэков посмотреть.

Для сорока тысяч заключённых в украинских СИЗО от этих новшеств ожидание приговора не станет более комфортным, а богатые и влиятельные подследственные, которых в местах предварительного заключения называют «наворованными», могут себе позволить и за стенами изоляторов чувствовать себя очень важными персонами.

 

Владимир Денисенко

 

Источник: Фокус